Институт Прикладной Экзофизики

Что такое Институт? Трудный вопрос. Именно этот вопрос я задал пять лет назад, когда сам попал в эту контору. Тогда мне дали очень развернутый и подробный ответ, но с тех пор сам Институт значительно изменился. Пришли новые люди, изменилась обстановка. Теперь мы живем в совершенно новой стране. Не изменилась только основная цель Института.
Взгляните на свежую газету. Белый маг и народный целитель предлагает свои услуги. Ученый рассказывает об исследованиях внушения и телепатии. Серийный убийца рассказывает о том, как он пользовался колдовскими ритуалами, чтобы скрывать свои следы. Скажите мне, кто из них говорит правду? Никто? Бульварная желтая пpeca,
скажете вы? А я знаю, что маг и целитель  скорее всего, такая же команда наших оперативников, как и моя, ученый пользуется результатами, полученными Институтом еще в семидесятые годы, и не краснеет, а серийный убийца говорит правду, и его было бы очень непросто поймать, если бы не мы. Скажете, бред, глупость? Вот именно.
Когда в 1992 году это началось, Институт был готов меньше всех, а всерьез это уж точно никто не воспринимал. Половину людей, которые открыли конторы целителей и предсказателей, знали все, это были бывшие оперативники Четырнадцатого отдела КГБ, которым просто было нужно прокормиться после его расформирования, а остальных считали шарлатанами. Потом кто-то заметил, что шарлатанов среди них заметно меньше, чем положено статистически.
Магия была гостайной с двадцатых годов  вместе с вампирами и оборотнями, когда действовала Комиссия по Ликантропии и Вурдалачеству, а экстрасенсорику засекретили в 1954 году с образованием КГБ CCCP, да и существование духов тоже. Откуда все эти люди узнали о них? Ведь вы тоже, наверное, смеялись над всеми этими оккультными брошюрками. Самиздат? Не смешите меня, это так часто неправда, что даже не смешно. Все дело в том, что изменилось время. Люди как-то научились находить крупицы истины среди океана информационного шума сами, без подсказок или инструкций. Возможно, то, что информации просто стало очень много, сыграло свою роль, но почему столько людей одновременно взялись выкапывать древние знания, это не объясняет.
Смещение духовных ориентации принесло с собой возвращение к методам и силам давно забытым, но не принесло ответственности, сознательности, честности. Несколько тысяч лет Эпохи Рыб отнюдь не способствовали подготовке общества к восприятию этих вещей. Посмотрите на Уголовный кодекс. Там есть статья, запрещающая преступный сговор с бесами? Статья, карающая грабеж с применением экстрасенсорики, когда жертва сама отдает преступнику деньги и стоит на коленях, умоляя
его их взять? Мы до сих пор возимся даже с лоббированием законопроектов, запрещающих сектантство, что уж говорить об этих... С новым временем появились новые правонарушения, новые способы обходить закон, новые способы навредить ближнему, которые, казалось, все позабыли как ненужное суеверие. И противопоставить им официальному обществу нечего. До революции ведьм, между прочим, сжигали без участия властей.

Да, Институт — отнюдь не организация светлых рыцарей, ведущих битву против вселенского зла. Даже наш статус под очень большим вопросом, мы уже давно не правительственная организация, мы скорее тайное общество. Официально Институт был полностью уничтожен в результате трагедии 1992 года, так что его даже не понадобилось расформировывать. У каждого из наших работников свои причины делать то, что они делают, и из чистого патриотизма трудятся очень немногие, уверяю вас. С другой стороны, мы действуем на основании российского законодательства.
Здесь есть много скучных юридических тонкостей. Мы можем доказать научно, что разглашение этой тайны повлечет массовые беспорядки. Следовательно, покушение на возможное разглашение есть преступление. Агенты спецслужб имеют право применять оружие для предотвращения преступления— в том числе и такого. Да, мы в курсе,
что это подводит под статью полстраны, как и предыдущий вариант, это сделано намеренно. Но это вынужденная мера. Само применение магии может быть квалифицировано как изготовление и применение оружия, если экзофизические данные допустимы в качестве улик. А кто признает их в качестве улик, кроме нас?
Мы в меньшей мере обходим закон, чем иные спецслужбы. Нас не закрывали, нас списали как погибших в результате несчастного случая, всех до единого. Нас пытались уничтожить, и кто  точно неизвестно до сих пор. Скажите, как вы, именно вы будете действовать, если не знаете, кто ваш враг? Постоянной опасностью, с которой нам приходится считаться, является опасность возникновения крупной подпольной организации, сила которой будет в тайном знании. Мы можем бороться с индивидами, мы можем найти и поймать за руку неосторожных, неосмотрительных «чайников», которые только что открыли для себя тайную силу и расправляют мускулы. Но что мы будем делать с полномасштабным заговором владеющих этой силой, если они захотят революции, богатства, тотальной власти? Как мы узнаем об их существовании до того, как они сделают свой ход? А вдруг они уже сделали его, вдруг эта катастрофа — дело их рук? Нет большего чудовища на свете, чем человек. Нет существа более склонного к жажде власти, к наживе, к жестокости, и даже бесы не могут с нами в этом сравниться. Как нам защитить человечество от самого себя?
Институт трудится не покладая рук, чтобы обычный обыватель вроде вас спал спокойно, чтобы однажды все эти тайны можно было открыть, не опасаясь массовой паники, гражданской войны или какого-нибудь террориста, который будет использовать вызванного демона вместо оружия. Поверьте, это может быть опаснее, чем террорист с атомной бомбой. Достоевский писал, что все добро мира не стоит слезинки ребенка. А я скажу, что ничто не стоит слез тех детей, которым еще предстоит родиться. Мы должны оставить им мир, в котором не будет слез.

Мы — среди вас. Очень многие работают на нас, даже не зная этого, собирая сведения и сплетни для своих друзей или знакомых, помогая нам добывать или перемещать ресурсы и технику. Какая-нибудь мелкая фирма с несколькими работниками может оказаться замаскированной командой Института, а ваш сосед  нашим оперативником. От ошибки одной боевой команды может зависеть жизнь всех, и мы сделали все, чтобы этого не случилось,  команды организованы в автономные ячейки с минимальной связью с региональным штабом.
Они даже не знают, где он находится.
Все это делается лишь для того, чтобы в любом месте и в любое время, где с помощью тайного знания совершается преступление, где оно может вызвать общественный резонанс, где о нем могут узнать все, были наши агенты, чтобы предотвратить, остановить, обезвредить, скрыть, спрятать от rpexa подальше, пока не придет время.

Подпись автора

Еще не поздно - все поменять!